Все стихи

Бог любит сливки и терпкий кофе, Сок выжимает из апельсинов. Гений разврата, переполоха, Прямо и гордо держит он спину. Бог пахнет мятой, потом и перцем, Ходит по улицам и, между прочим, Шутит по-свойски с продавцом специй И иногда бодрствует ночью. Богу доступны муки творения. Музы, пожалуйста, не раздражайте. Кто там просил у природы терпения? Ну так терпите, терпя продолжайте. Бог устает, признается лукаво Утро наступит — сомкнет свои очи. Утренний сон — привилегия, право Тех, кто любви поспособствовал ночью.

Босоногой выплясывать на столе — Нелогично и непристойно. А сегодня приснилось мне То, что делать совсем не стоило. Эта кровь, молоко и мёд, И корицы пыльца, и пламя. Тот, кто пробовал — тот поймёт, Тот не станет играть словами. Дождь размоет твои пути. Хочешь греться — ступай к вулкану. Не оглядывайся — иди, Всё по плану идёт, по плану. Эта кожа и этот стон — Наваждение, морок… морок. Свет исходит из тех окон, Где находится тот, кто дорог. Так пляши на горячих углях, Пожирай через пламя силу. В этих ярких и жарких днях — Ощущение быть любимой.

Вот он — здоровый азарт игры, Вот они — карты, смотри, не бойся. Тот, кто не прятался от темноты, Вышел во тьме на след удовольствий. Вот он — прекрасный и райский сад, Дивные птицы поют свои песни. Что ж ты потупил дерзкий взгляд? Видишь бассейн — пойди, разденься. В небе гуляют отары овец, Что закрывают луну и солнце. Ты научись не носить колец, Много не думать, не беспокойся. Внутренним взором смотри в себя: В сердце горячее, кости крепки Чуешь? А ты ведь и есть земля. Празднуй, танцуй ,не медли…

Интересное комбо — война и дождь. Мы, как малые птицы, прижмемся к стенке, И от взрывов — кругами — тоска и дрожь, И пишу я стихи «на коленке». А молитвы уходят из сотни уст, А молитвы спасают сердца и держат. Потому я, признаюсь, сижу — молюсь, И от этого в сердце упругий стержень. Через волны пройти, поднырнув насквозь — Вот ты вынырнул в мирное побережье, И соленые капли упрямых слез Уступают место простой надежде, Что приходит молча издалека, Что дает ладонь — я хочу, как прежде… В многоточии плавает сиротливо строка, И всё между строк, между… между… между…

Хляби небесные торжествуют, Влага сегодня приходит влага, Так над землёю гуляет буря В виде волшебника или мага. Воздух пропитан нитями голубыми, Падают капли, струи тугие льются. Мы две пылинки в этой большой стихии, Что почему-то встретились и смеются. Мы первозданны, мы познаём друг друга — Запах дыхания, роспись прикосновений. Кажется так естественно, без испуга, Просто предаться радости и влечению. Влага сегодня повсюду — влага, Будет дрожать под струями тело мира. Молния-вспышка выскакивает из мрака, И на секунду светом полна квартира. И на секунду вижу твои ресницы, Вижу, как пот на лице проступает, каплет. Хочется вместе уехать в Ниццу — Там целовать тебя и царапать.

Пару дней в притяжении, как магнит. Пару дней я смотрю и думаю: не мое. Новостная лента шумит, гудит. Я помою пол и сменю белье. Три недели ровно идет война. Это не нормально, но это есть. Я пойду на море, пройдусь одна, Посмотрю, как волны фильтруют взвесь. По пути я знаю, куда бежать, И уже не первый ведь марафон. Мы привыкли к вечеру сирен ждать, И к чертям скатился режим и сон. Личное сильнее, чем все вокруг, У меня на личном свои фронты. Мне сегодня пишет далекий друг, В животе и бабочки, и цветы.

Оно такое лёгкое, воздушное — не удержать, а лишь в слова оформить. Избыточное и порой ненужное, но так прекрасно — невозможно спорить. Я чувствую: я тонкая пульсация, я веточка, я вена, я артерия. В движении крови природна грация — я сила и возможности намерения. Такое волшебство на пальцах кружится, я чувствую твои прикосновения. Я впитываю плоть твою и мужество — и сладостно мгновение за мгновением. Как выдержать Вселенную из космоса? Как знамя бесконечности полощется… Вот магия касания — и просто всё, что нам с тобой в эту секунду хочется.

Грабители в Лувре — прекрасны и молоды. Грабители сердце похитили — и не одно. Вы это видели? Все это видели? Как неоднозначно течёт бытие. Нет, чтобы кричать, останавливать нападавших — дамы, дамы, где ваши сердца? Машут платочками вслед укравшим, славу похитившим юнцам. И — никакого почтения сединам, закону — всё нынче идёт Дионисам А поражение Аполлонам )

Для нелюбви не нужны причины. Просто не любят, и в этом сразу есть объяснение бесовщины или дурного, чужого глазу. Я нелюбовь принимаю эту и позволяю себе неловкость. Как могут искры перечить свету? Как можно просто уменьшить громкость? Периферия немеет быстро, словно ментолом ведут по коже. А нелюбовь всё лишает смысла — не вопрошай: почему, за что же? Нету ответов, а суть всё та же: сердце стучит, словно петли двери. Чувства порою сильнее кражи или внезапной большой потери. Чувства в коктейле — гормоны бьются. Бармен, налей по второму кругу. Мы ведь осознанно захотели просто руками соприкоснуться. Дальше — история против истин. Дальше — падение над равниной. Новые встречи, новые жизни сотканы тоненькой паутиной. А нелюбовь, отогрев в ладонях, будет цветами, травой и ветром. Станет ещё одной из историй — той, что свободно летит по свету.

Я бы хотела жить, где теплее, Там, где гранат вызревает в осень. Тонкое платье носить на бретелях, К морю спешить по тропинке ночью. Вкус абрикоса — кислое с сладким, И на подошвах песок и тина. Камень в ладонях — круглый и гладкий, И ощущение ветра в спину. Я бы хотела жить, где спокойно, Там, где рутина меняет рутину, Там, где возможно быть просто довольной, И постаральность смотреть как картину. Я бы хотела тихие утра, Жирные сливки ложкой из банки, И улыбаться таинственно мудро, Просто отведав холодной сметанки. Я бы хотела — значит, всё будет. Море шумит, абрикосы поспеют. В стену записку о мире как чуде Я положу, написав как умею.

В военные времена хорошо, когда много бетона и плотные ставни. Закрывай двери, будь дома, чтобы Бог тебя не оставил. Закрывай двери плотнее, ещё плотнее. Выключай свет. Тебя не спрашивают мнения. Возможно, и тебя даже нет. Разреши себе снова быть маленьким. Бай-бай. Закрывай глаза и ставеньки… Засыпай… Каждый мечется у Господа меж ресниц. Мы на каторгу здесь посланы — падай ниц. Падай, плакай, безутешный мой, принимай. Этот мир большой и грешный — видишь край. Мы с тобой по краю ходим, так живём. Милосердие не в моде день за днём. Милосердие не в моде — а ты люби. Одевайся по погоде и живи.

Эта весна имеет солёный вкус. Я понимаю: мир далеко не вечен. Ты спрашиваешь: «Как ты?» А я держусь, держусь, ступая от встречи к встрече. Ветер разносит запахи от цветов. Город цветёт, пенится апельсиновым кружевом. Самое важное из основ — быть собранной, хоть и слегка простуженной. Самое чёткое - сердце моё стучит и разгоняет кровь, сообщая миру: оно открыто для радужных перспектив и обретает дерзость свою и силу.😜

Смешалось ощущение восторга, томление под ложечкой и нежность. Мир замер, и в объятиях так дорого, что разомкнуть объятия — неизбежность. Мы на войне, покрыты поцелуями. Я уношу свои, пылая кожей. И в этот миг тебя я так люблю я, что меркнет остальное все похоже. А там идут сражения и взрывы, А там летят кассетные ракеты. От этого мгновенье что мы живы И просто сообщение «что ты, где ты?» Становится моей бесценной базой, А остальное остается фоном. И я тебя вбираю каждой фразой, А где-то голосит פיקוד העורף.( пикуд а орев) Любовь течет волнением и джазом, Вибрацией взаимной телефонов. Мне хочется с тобою все и сразу Смущать соседей самым дерзким стоном. А город будет прятать в переулках Нас столь беспечных пьяных от восторга. И настроение станет у прогулки — Оставить след в огнях большого города.

Благословенна уязвимость, предельная чувствительность. Ты расскажи, что тебе снилось. Вся эта буйственность, всё это дерзкое желание — вкус виски с пылью. Какое дивное свидание — весьма тактильно. Вот пол бетонный, вот пространство без гравитации. В саму себя и в жизнь влюблённой возникла акция — соприкасаться кожа к коже, пить губы жадно, шептать: «О да… о Боже, Боже…» — весьма развратно. Контакт. Спонтанность. Мы — порталы. Дрожь вожделения. Единство — суть в большом и малом, прикосновение. Вот нервный импульс, вот гормоны, вот биология. Тебя увидеть среди многих — настройки логики.

Миссия соблазнения Бога. Ты сегодня божественный. Стой, и держи портал. Мне сегодня так хочется, чтобы ты меня трогал. Здесь, вот тут, и там… Ты сегодня божественный. Я поклоняюсь миру. Ты сегодня великий Самый из всех богов. Нынче мир уподобен тиру. Дерзкий Локки, подать стрелу будь готов. Создавать битый пиксель — наука связи. Чувствуй кожей: пульсирует бытие. Змей познания в каждую щель залазит, разделяя всё сущее на моё и чужое, может враз опостылеть. Но пока ещё теплится наш огонь, мы напишем историю бетонной пылью, источая влагу, любовь и соль.

Нежность и курасаны, мальчики любят поговорить о самом, самом запретном и самом желанном, с самым… самым-самом себе. Слушаю жадно, взгляд под ресниц поволокой. Невероятно, рядом с тобой одиноко. Невероятно, рядом с тобой очень тесно. Слушай жадно, делаю вид интересно, делаю вид, что смеюсь над твоей остротой. Делаю вид, подавляю зевоту. Я улыбаюсь и тихо считаю минуты. Мне с тобой скучно. Сама не пойму, почему так.

То, как он закусывает губу. То, как он предельно красноречив. Моё тело изогнутое в дугу, И дыхание сбилось в речитатив… То, как он умеет меня любить — зачеркнуть все ночи, что были «до». становлюсь потоком, чтоб просто плыть откровенно, полностью об него

Все это имитация, не верь, Все фразы бутафорская забава. Открыло сердце маленькую дверь, А на пороге ждёт его подстава. Слова,слова в безумии людском, Где души не умеют быть едины. Обласканы порою пустяком, Таким,как ножик не проникший в спину. Желание отсутствия потерь, Ведёт наши молитвенные слоги, Туда где нам приходится потеть. И кажется совсем не слышат боги ! А хочется отбросить хоть на раз, Банальность слов и всю избитость фраз. И любоваться каждой твоей частью, Божественно безудержное счастье.